Аркхимир [СИ] - Никита Бураковский

   - И вот еще что, - обводя ледяным взглядом всю компанию Защитников, произнес Следователь. - О том, что здесь было сказано - лучше никому не знать. Включая ваше начальство.

   Фламма быстро кивнула.

   Глядя на нее, инквизитор тоже кивнул, как бы ставя точку в этом разговоре, а затем развернулся на каблуках и энергично зашагал к выходу. Все молча смотрели на его удаляющуюся фигуру.

   Я же размышлял над тем, чего обычному жителю Империи стоило бояться больше: демонов или Инквизицию. И как ни странно, пришел к выводу, что все же последнего...

   Оно пульсировало в самой глубине той тьмы, которая обволакивала все вокруг. Я даже не сразу понял, что вижу перед собой что-то, но как только осознал это - смутная тень моментально превратилась в нечто, напоминающее кокон. Вопреки толстой матовой оболочке, я все равно видел внутри него омерзительного карлика, настолько крохотного, что он вряд ли был больше новорожденного ребенка.

   Тощие, с гипертрофированными длинными пальцами руки обнимали прижатые к недоразвитому тельцу ноги, словно пытаясь его убаюкать. Рахитная головка, безвольно свисая, едва держалась на шее, точно существо не имело достаточно сил, чтобы поднять ее. Под полупрозрачной, исчерченной сеткой толстых синевато-багровых вен кожей трепетал мозг. Огромные - едва ли не на пол лица - навыкате глаза беспокойно дергались под тонкими пергаментными веками.

   Кокон парил в воздухе и я, напряженно вглядываясь в скрючившееся в нем существо, невольно приблизился.

   Когда я подошел совсем близко, по толстой пленке, словно по скорлупе, побежали трещины и внезапно она лопнула. В следующий момент, окатывая меня с ног до головы, оттуда потоком хлынула наполняющая этот мерзостный сосуд жижа.

   Я попытался торопливо стереть с лица вонючую вязкую субстанцию, но она моментально въелась в мою кожу, разъедая ее подобно кислоте, проникая в кровь. Боли, впрочем, не было. Появилось лишь тошнотворное ощущение чего-то нечистого и порочного, что запятнало, казалось, саму мою сущность.

   Я еще продолжал бесплодные попытки стряхнуть с себя тяжелую липкую массу, когда существо резко вскинуло уродливую головку и впилось в меня выпученными раскосыми глазами. А затем раздался плохо разборчивый, слетевший с кривых губ хрипловатый шепот:

   - Ешшшть. Хощщу ешшшть... - беззубый рот жадно распахнулся, и из него вытекла смолянистая струйка.

   - Кто ты?! - брезгливо морщась, спросил я.

   Не знаю, что я рассчитывал услышать, задавая столь идиотский вопрос, но мне отчего-то непременно хотелось выяснить что передо мной находится. Впрочем, ответ оказался неожиданным и шокирующим.

   - Я - Никк, - прошамкал уродец, и я невольно отшатнулся от него.

   Однако расстояние между нами не только не увеличилось, а наоборот - сократилось! Что за чертовщина?!

   - Никк - это я! - бросил я. Как смеет этот мерзкий карлик называть себя моим именем?!

   Где-то глубоко внутри зашевелилось злобное раздражение.

   - Та, Никк это я, - безвольно тряся головой, согласился жуткий зародыш, еще ближе придвигаясь ко мне и раскидывая ручонки в стороны, точно хотел обнять.

   - Если ты приблизишься еще хоть на дюйм - я за себя не ручаюсь! - пытаясь не терять самообладание, сквозь зубы прорычал я. Но чувство раздражение быстро перерастало в самую настоящую ярость, и уже в следующий момент всего меня била мелкая дрожь.

   Несмотря на мое предупреждение, гаденыш - теперь он злорадно ухмылялся - был уже на расстоянии вытянутой руки.

   Я вцепился в него, сплетая пальцы на горле карлика. Но вместо того чтобы начать задыхаться, он принялся хихикать. И чем сильнее я сжимал хватку, тем громче раздавался его омерзительный смех! Вместе с этим черты уродца начали терять четкость. Через несколько мгновений все его тело обмякло и, превращаясь в растекающуюся слизь, стало просачиваться в меня.

   Обливаясь холодным потом, я вскочил с кровати.

   Очередной кошмар. И, как и сотни других жутких сновидений, как только я открыл глаза - он моментально испарился из моей памяти, оставляя лишь чувство смутной тревоги.

Глава XIV

   С того дня, когда мне удалось во второй раз - и теперь уже навсегда - покончить с Морумом, прошло несколько месяцев.

   Все это время мы были поглощены восстановлением сгоревшей деревни, и теперь она вновь была отстроена и укреплена. Восстав из пепла, подобно фениксу, Ориго стала еще больше и красивее, превратившись скорее в небольшой городок.

   Нужно сказать, что люди со всей округи не остались равнодушны к нашей беде и принимали в строительстве активное участие. И каждый из них, не жалея сил, старался помочь нам чем мог. Так что именно благодаря этому нам удалось настолько быстро справиться с такой весьма нелегкой задачей.

   Многие из тех, кто помогал нам, так и остались жить в этом прекрасном месте, которое было решено назвать Новой Ориго. На новой центральной площади - по многочисленным просьбам и моей личной инициативе - был возведен памятник дяде Фаберу, который олицетворял собой всех жертв того страшного дня. История создания монумента стоит отдельного упоминания.

   С самого начала я не хотел, чтобы это было просто каменное изваяние. Я желал, чтоб в статую дяди вложили душу! А потому отправился в столицу к одному из лучших скульпторов - знаменитому мэйстеру Ариднору.

   Сначала великий ваятель даже не хотел принимать меня. Впрочем, как только узнал, что я из Ориго, Ариднор пригласил меня к себе в кабинет. Как выяснилось, мэйстер сам